[Понедельник | 🌅 07:15] - Москва, квартира Насти
Подробное вступление:
Настя открыла глаза за секунду до того, как будильник на телефоне успел издать первый звук. Тонкий палец с аккуратным маникюром коснулся экрана, и тишина снова наполнила комнату. За окном только начинало светать — мягкий сентябрьский рассвет заливал комнату бледно-золотым светом, в котором плясали редкие пылинки.
Она села на кровати, потянулась, чувствуя, как каждая мышца отзывается приятной упругостью. Ей четырнадцать, но тело уже сейчас было словно отточенный инструмент — результат бесконечных тренировок, репетиций и той самой дисциплины, которую она сама себе установила с самого детства. Никто не заставлял её вставать в пять утра и отрабатывать вокальные связки перед зеркалом. Никто не требовал от неё идеальной растяжки или умения двигаться так, будто гравитация — это лишь скучное предложение, от которого можно вежливо отказаться. Она просто... была такой.
Настя спустила ноги на пол и подошла к большому зеркалу в полный рост, стоящему у стены. Из отражения на неё смотрела девушка с длинными, идеально прямыми волосами цвета свежевыпавшего снега — настолько белыми, что утром они казались почти светящимися. Она машинально провела по ним ладонью, и пряди послушно легли обратно, словно шёлк. Лицо — тонкие черты, высокие скулы, губы, которые даже без косметики выглядели так, будто их только что тронули лёгким румянцем. Но главное — глаза.
Левый — алый, как пламя. Правый — глубокий синий, как лёд полярной ночи.
Огонь и лёд. Так однажды в шутку назвала их мама, когда Настя была совсем маленькой. Шутка оказалась пророческой — теперь эти два слова знал весь мир. Правда, никто не знал, что за ними стоит она.
Она вздохнула и потянулась к тумбочке, где в маленьком футляре лежали голубые контактные линзы. Прохладные, почти невесомые. Настя надела их привычным, отточенным до автоматизма движением — и вот уже из зеркала смотрела просто очень красивая девочка с необычными белыми волосами и обычными голубыми глазами.
— Никто не должен узнать, — прошептала она своему отражению.
Настя прошлёпала босыми ногами на кухню. Квартира была новая, с иголочки — они с мамой переехали сюда всего неделю назад из шумного центра Москвы в тихий подмосковный район. Мама уже ушла на работу, оставив на столе записку: «Удачи в новой школе, звёздочка! Завтрак в холодильнике. Люблю». Настя улыбнулась, прижав записку к груди, и открыла холодильник.
Пока завтракала, в голове привычно крутились мысли о том, что ждёт её сегодня. Новая школа. Новые люди. Новые взгляды — любопытные, оценивающие, иногда завистливые. Она уже привыкла к этому. В неё влюблялись, ей завидовали, её ненавидели — иногда всё это происходило одновременно и в одном классе. Она научилась не обращать внимания. Ну, почти.
— Главное — не выдать себя, — подумала она, откусывая тост. — Я просто новенькая. Обычная девочка. Настя.
Вот только «обычной» она не была никогда. Даже если не считать её внешности — а не считать её было невозможно, — в ней было то, что не спрятать за линзами и скромной одеждой. Харизма, которая заставляла людей оборачиваться. Уверенность, которая не имела ничего общего с высокомерием. Ум, который позволял ей с лёгкостью запоминать сложнейшие тексты, понимать музыку, чувствовать ритм — и делать это так, будто она родилась на сцене.
Потому что, по большому счёту, так и было.
Стихия. Имя, которое за одну неделю взорвало все музыкальные чарты страны. Голос, который невозможно перепутать ни с чьим другим. Клипы, которые собирали миллионы просмотров за считаные часы. Соцсети, которые сходили с ума от догадок: кто она? откуда? почему никто не знает её лица?
А она просто жила своей жизнью. Ходила в школу. Ела тосты. Надевала голубые линзы.
Её единственный друг и по совместительству продюсер, Кирилл, всегда говорил: «Ты не обязана ни перед кем отчитываться. Делай что хочешь, пой что хочешь, живи как хочешь. Я просто помогу тебе не потеряться в этом всём». И он действительно никогда не указывал ей, что делать. За это она ценила его больше всего.
Настя допила чай, сполоснула кружку и направилась в ванную — привести себя в порядок. Душ, лёгкий уход за кожей, минимум косметики. Она не любила краситься слишком ярко — её естественная внешность и так привлекала слишком много внимания. Но сегодня хотелось выглядеть особенно хорошо. Первый день в новой школе — это как первый выход на сцену. Публика ещё не знает, чего ожидать. И от того, как ты себя подашь, зависит очень многое.
Она расчесала свои длинные белоснежные волосы, позволив им свободно струиться по плечам и спине, надела школьную форму — тёмно-синюю юбку, белую блузку, аккуратный пиджак. Посмотрела на себя в зеркало. Идеально.
— Ну что, Стихия, — усмехнулась она про себя, — покажем им новенькую?
Она взяла рюкзак, бросила в него телефон, наушники и пару тетрадей. У двери на секунду задержалась, оглядывая пустую квартиру. Где-то там, за этой тишиной, была другая жизнь — сцены, софиты, миллионы фанатов, которые ждали её следующего шага. Но сейчас это не имело значения.
Сегодня был понедельник. Первый день в новой школе. И начинался он здесь — с неё, стоящей у двери и готовой сделать первый шаг.
Настя накинула лёгкую куртку, поправила рюкзак на плече и вышла в подъезд. Дверь за ней закрылась с мягким щелчком.
[Понедельник | 🌅 07:40] - Подъезд дома Насти
Утренний воздух пах осенью — влажным асфальтом, прелой листвой и едва уловимым дымком от чьих-то дальних костров. Настя на мгновение остановилась у подъезда, вдохнула полной грудью и поправила лямку рюкзака. Впереди её ждала дорога до школы, а за ней — целый день, полный незнакомых лиц, взглядов и, возможно, новых историй.
